Проект по истории средних веков Фёдорова Михаила, 2000 год.
Сверстано в рыбный текст для тестирования текстовых обработчиков
и для борьбы со скукой 27 мая 2009 года.
Во многих отношениях XI век является переломным в истории западноевропейского феодализма. В этом столетии в основном завершается процесс феодализации важнейших западноевропейских стран. Даже в тех странах, где этот процесс шел замедленным темпом, как в Англии или в Германии, к концу XI в. основная масса крестьянства превращается в крепостных. Феодальное поместье с его характерными признаками распространяется по всей Европе. Сельская община из организации свободного крестьянства все более превращается в организацию крепостной деревни, подчиненную интересам поместной эксплоатации. Для раннего средневековья характерны низкий уровень развития производительных сил и связанное с этим господство натурального хозяйства. Промышленная деятельность, как правило, еще не отделилась от сельскохозяйственной. Соединение сельского труда с промышленным Маркс считает характерным признаком натурального хозяйства. Конечно, господство натуральнохозяйственных отношений в период раннего средневековья не исключало торговли. Излишки над потреблением могли поступать в продажу. Продукт производился не как товар, а как предмет потребления, но он мог в процессе обращения становиться товаром. Есть немало сведений о торговле в раннее средневековье, но они не нарушают общей картины натуральнохозяйственных отношений этого периода Торговля в Европе раннего средневековья была по преимуществу торговлей с Востоком. При этом Восток доставлял на Запад предметы роскоши и получал с Запада сырье и рабов. Эта торговля находилась в руках восточных купцов. Потребителями привозимых товаров были лишь знать и высшее духовенство. Внутренняя торговля, сосредоточивавшаяся, главным образом, на ярмарках, была незначительна. Торговля часто соединялась с войной и грабежами. Такова была торговля норманнов, такова же была торговля итальянских торговых городов Амальфи, Венеции, Генуи С XI в. можно говорить о начале общественного разделения труда и развития внутреннего рынка в Европе. Весь характер европейского хозяйства начинает меняться. На сцену европейской истории выступает город. Проблема отделения города от деревни является в то же время проблемой роста товарно-денежных отношений, развития обмена и внутреннего рынка. Какие же общие условия вызвали рост городов в Западной Европе в конце X и в XI в.? Ответ на этот вопрос заключается в следующем: города возникают в результате общего роста производительных сил в это время, в результате роста населения и развития техники, обусловившего общественное разделение труда, отделение ремесла от сельского хозяйства. Дальнейший процесс отделения промышленности от сельского хозяйства и сосредоточения промышленной деятельности в городах совершается, особенно с XI в., в связи с общим развитием техники, главным образом, техники обработки металлов и текстильного производства.
Естественно, что основу населения городов как центров производства составаляли ремесленники, которые в раннее средневековье существовали отчасти как несвободные, а отчасти как свободные перехожие люди. В эту эпоху мы встречаем своеобразную фигуру странствующего ремесленника, переходившего из одного либо господского, либо крестьянского хозяйства в другое, заполнявшего тот недостаток в квалифицированной рабочей силе, который имелся в том или ином отдельном хозяйстве. Но основную массу городского ремесленного населения составляли крепостные ремесленники, бежавшие от своих господ или уходившие на условиях выплаты оброка. Вместе с развитием техкики и ростом общественного разделения труда создается рынок для изделий ремесленников. Ремесленники начинают работать на более широкий рынок, на заказчика или на покупателя, причем, естественно, ремесленники концентрируются в таких местах, где у них могут быть покупатели. Поселения ремесленников могли образоваться и около стен монастыря, и около стен рыцарского замка, и на месте прежних римских городов, если имелись для этого надлежащие предпосылки. Наконец, город мог развиться и из феодального села, по мере того как в нем росла промышленность, или, наконец, из свободного села, или же из поселения, образовавшегося на торговом пути.
Не торговля определяла возникновение города, а именно ремесло, т. е. разделение труда в области производства. Но в ряде городов с ХI-ХII вв. появляются купцы как самостоятельная профессия. Они на первых порах мало связаны с местным производством и являются преимущественно странствующими, перехожими купцами. Но затем, с развитием торговли, эти купцы оседают в пунктах наиболее оживленного обмена. Это превращение происходит не сразу. Городской купец еще долго остается странствующим купцом: он отправляется в далекие поездки со своим товаром и нередко объединяет городскую торговлю со странствующей. Среди условий, которые благоприятствовали возникновению городов в определенных пунктах, немаловажное значение имели торговые связи, ваправление торговых путей, хотя торговля сама по себе не является основной причиной возникновения городов. Города прежде всего возникают в районах, где торговля сохранилась со времен античности, как в Италии или в южной Франции, или там, где она раньше всего начинает развиваться в более позднее время — в Нидерландах, на Дунае, на Рейне.
Но каково бы ни было происхождение города, он был городом феодальным. Во главе города стоял феодальный сеньор, на земле которого город был расположен. В раннюю эпоху городское население еще очень слабо организовано, состоит из чрезвычайно разнообразных элементов. Город имеет еще полуаграрный характер. Его жители несут повинности аграрного характера в пользу сеньора. Значительная часть населения города — крестьяне. Город не имеет особого городского управления. Он находится под властью сеньора или сеньориального приказчика, который судит городское население, взыскивает с него различные штрафы и поборы. При этом часто город не представляет собой единства даже и в смысле сеньориального управления. В качестве феодальной собственности сеньор мог завещать город по наследству так же, как и деревню. Он мог делить его между своими наследниками, мог продавать или закладывать его целиком или частично. Организация города возникает в процессе борьбы с сеньором, борьбы, обусловившей необходимость объединения разнообразных элементов, которые входили в состав городского населения. Вместе с тем усиливается и обостряется классовая борьба в деревне. На этой почве с XI в. замечается стремление феодалов укрепить свое классовое господство путем усиления феодальной организации государства. Процесс политического дробления сменяется тенденцией к объединению мелких феодальных единиц и сплочению феодального мира.
Борьба городов с феодальными сеньерами начинается с первых же шагов городского развития. В этой борьбе складывается городское устройство; те разрозненные элементы, из которых состоит город в начале своего существования, организуются и сплачиваются. От исхода этой борьбы зависит то политическое устройство, которое получает город. Развитие товарно-денежных отношений в городах обостряет борьбу между городом и феодалом, стремящимся экспроприировать растущее городское накопление путем увеличения феодальной ренты. Требования сеньора по отношению к городу все возрастают. Сеньор прибегает к методам прямого насилия над горожанами, стремясь увеличить размеры своих доходов с города. На этой почве между городом и сеньором возникают столкновения, которые заставляют горожан создать определенную организацию для завоевания себе независимости, организацию, являющуюся в то же время и основой для городского самоуправления. Борьба городов с сеньорами начинается с XI в. Отдельные случаи этой борьбы встречаются и раньше там, где рано началась городская жизнь, — в Италии и в Нидерландах. В этой борьбе рождается новая форма городской организации, получившая в северной Франции название коммуны.
Сравнительно легко удалось городам одержать победу над своими сеньорами в Италии, где феодализм был слабее развит, где города переживали очень ранний и сильный расцвет и где рыцарство, ведшее борьбу с сеньорами, часто объединялось против них с городами. Города северной Италии не только добились самостоятельности, но и подчинили себе прилегающую деревенскую округу. В Италии создаются города-государства. В других странах Европы результаты борьбы городов с сеньерами были довольно пестры. В одних случаях города добиваются полного самоуправления, прав коммуны, т. е. права выбирать своих должностных лиц, иметь свой суд, свои финансы, права самообложения; их отношения к сеньеру ограничиваются уплатой сравнительно невысокой фиксированной ренты. Город-коммуна занимает место в феодальной лестнице. Это — своего рода коллективный сеньер. Она может объявлять войну, заключать мир, чеканить монету. У нее есть свои вассалы и крепостные. Завоевание самоуправления оружием часто заменяется завоеванием его деньгами. Много городов получало известные привилегии с самого своего возникновения. Так как города представляли выгодный источник дохода, то сплошь и рядом сеньер для привлечения населения давал местечкам, расположенным на его земле, права города. Это так называемые новые города. Сеньеры давали также старым захудалым городам разные льготы, для того чтобы привлечь в них население и оживить их экономическую дсятельпость. Самоуправлявшиеся города обладали правом выбирать городской совет, верховный орган городского управления. Совет распоряжался военными силами города, городскими финансами, наблюдал за ремеслами, издавал обязательные для горожан распоряжения. Во главе совета стояло выборное лицо, которое носило в Германии название бургомистра, во Франции и Англии — мэра, в Италии обыкновенно во главе городов стояли консулы. Судебные функции иногда выполнял сам совет, иногда же особая судебная коллегия, члены которой назывались скабинами (шеффенами, эшевенами). В борьбе за свою самостоятельность города добились личного освобождения всех горожан. Обыкновенно все жители города были освобождены от крепостной зависимости. Даже крепостной крестьянин, если он бежал в город и прожил в нем в течение определенного срока, обычно — одного года и одного дня, делался свободным, и его сеньер по мог уже вернуть его к крепостной зависимости. Как говорит немецкая пословица: «городской воздух делает свободным».
Феодальный город мало похож на современный. Он, как правило, окружен стенами, которые ему были необходимы, чтобы защищаться от нападений врагов, чтобы давать убежище и сельскому населению в случае нашествия неприятеля. Население города несло сторожевую и гарнизонную службу. Все жители города — купцы и ремесленники — умели владеть оружием. Городские ополчения наносили нередко поражения рыцарям. Кольцо стен, за которым располагался город, не давало ему возможности разрастаться вширь. Постепенно вокруг этих стен возникали предместья, которые в свою очередь тоже укреплялись. Город, таким образом, развивался в виде концентрических кругов. Средневековый город был мал и тесен. В средние века в городах жила лишь незначительная часть населения страны. В среднем в городах насчитывалось 4-5 тыс. жителей. Лондон, в котором в XIV в. насчитывалось 40 тыс. населения, считался очень большим городом. Жители города, как уже было сказано, имели свои огороды, свои поля, свои пастбища. Каждое утро по звуку рожка открывались все ворота города, через которые скот выгонялся на общинные пастбища, а вечером этот скот опять загонялся в город. В городах держали, главным образом, мелкий скот — коз, овец, свиней. Свиней из города не выгоняли, они в самом городе находили себе обильную пищу, так как весь мусор, все остатки пищи выбрасывались тут же, на улицу. В городе поэтому была невозможная грязь и вонь, — пройти по улицам средневекового города, не выпачкавшись в грязи, было невозможно. Во время дождей улицы города представляли собой болото, в котором застревали телеги и мог потонуть иногда всадник с конем. В бездождье же в городе невозможно было дышать из-за едкой и зловонной пыли. При подобных условиях повальные болезни в городах не переводились, и во время больших эпидемий, которые время от времени вспыхивали в средние века, больше всего страдали города. Смертность в городах была необычайно велика. Население городов убывало бы непрерывно, если бы оно не пополнялось новыми выходцами из деревень. Так как стены мешали городам разрастаться вширь, то улицы суживались до последней степени, чтобы поместить возможно больше строений, дома нависали друг над другом, верхние этажи выдавались над нижними, и крыши домов, расположенных на противоположных сторонах улицы, чуть не соприкасались друг с другом. У каждого дома имелось множество пристроек, галерей, балкончиков. Город был тесен и переполнен жителями, несмотря на незначительность городского населения. В городе обычно имелась площадь — единственное более или менее просторное место в городе. В базарные дни она заставлялась ларьками и крестьянскими возами со всякого рода товарами, привозимыми из окружающих деревень.
Производственную основу средневекового города представляло ремесло. Главную часть городского населения составляли ремесленники. Ремесленники свою специальность соединяли с сельскими занятиями. У ремесленника обычно был свой огород, свой домашний скот, так что известную часть своего пропитания он получал от сельского хозяйства. Но основным его занятием являлось ремесло. Каждый ремесленник сам продавал продукты своего производства. Поэтому в городской торговле посредники-купцы не играли заметной роли. Городские власти даже преследовали скупщиков, повышавших своими спекуляциями цены на продукты. ЦЕХИ Характерной особенностью средневекового города является то, что ремесленное население его было организовано в особые союзы — цехи, гильдии. Цехи появляются почти одновременно с возникновением городов. Первоначально цехи возникли как организации бежавших в город крепостных крестьян и воспроизводили строй деревенских марок. Для средневековых ремесленных цехов характерно мелкое производство. Каждый член цеха — это мелкий ремесленник, который является сам непосредственным производителем. Он работает сам принадлежащим ему инструментом в своей мастерской, с которой он связан «как улитка связана со своей раковиной». Этот ремесленник обычно работает в той самой мастерской, где работал его отец и его дед и где будут работать его дети и внуки при помощи таких же орудий. Он работает вмеете со своей семьей и с помощью одного или двух подмастерьев и учеников. Как правило, каждый ученик, пройдя выучку, проработав некоторое время подмастерьем и накопив немного денег, может открыть свою мастерскую, так как при мелком характере производства затраты на устройство мастерской и приобретение сырья были очень незначительны. Конечно, были такие цехи, где требовались большие деньги на обзаведение, например, цехи золотых дел мастеров, но таких цехов было очень мало. Каждый цех был союзом мелких ремесленников, принадлежавших к одной профессии. Внутри мелкой ремесленной мастерской не было сколько-нибудь широкого разделения труда. Поэтому, когда с ростом и усовершенствованием техники стало расти техническое разделение труда, то оно происходило между отдельными мастерскими. Это имело результатом увеличение числа профессий и цехов. Таким образом, рост техники и специализации не изменял мелкого характера ремесла, а приводил к образованию все новых и новых цехов, которых насчитывалось в любом городе десятки, а в некоторых городах даже сотни. В большинстве городов принадлежность к цеху была обязательна для каждого, желающего заниматься ремеслом. Но цех не всякого допускал в свою среду. Чтобы стать членом цеха, нужно было пройти определенный стаж, пробыть известное время учеником, подмастерьем и затем быть допущенным в число полпоправных мастеров, имеющих право иметь свою мастерскую. Это правило принудительной припадлежности к цеху устраняло возможность конкуренции со стороны не входивших в цех ремесленников. Цех регулировал ремесленное производство. Каждый член цеха подлежал надзору выборных должностных лиц цеха. Каждый цеховой мастер должен был выпускать продукцию определенного качества, поскольку выпуск плохой продукции отражался на интересах всех членов цеха. Цех регламентировал и количество часов, которые должен работать каждый член цеха. Запрещалась ночная работа не только потому, что она ухудшала качество работы, но и для того, чтобы устранить конкуренцию между отдельными членами цеха. Цех — это организация мелкого производства, и он всячески следил за тем, чтобы производство сохраняло мелкий характер, чтобы не было возможности создания более крупных предприятии. С этой целью цех ограничивал число подмастерьев и учеников, которых можно было держать одному мастеру. Каждый мастер мог иметь только одну мастерскую. Было определено число станков, какое можно было иметь в мастерской. Цеховые уставы запрещали устраивать в окнах бьющие в глаза выставки товаров, запрещали зазывать покупателей. Цех в течение известного времени играл прогрессивную роль в смысле развития техники, в смысле производственной дисциплины, но его тенденция сохранить мелкое производство очень скоро начала тормозить технический прогресс. Цех относился враждебно ко всему тому, что могло создать конкуренцию, в том числе и ко внедрению всякого рода новых технических усовершенствовании. В связи с этим новые изобретения очень часто уничтожались, и изобретатели дорого платились за свою предприимчивость. Так, цехи, игравшие на определенной стадии развития прогрессивную роль, потом стали играть роль реакционную, задерживая технический прогресс. Цех представлял собой также организацию взаимопомощи. Каждый член цеха должен был вносить вступительную плату, а затем платить периодические взносы. Из собранных таким образом сумм и из пожертвований оказывалась помощь нуждающимся членам, производились расходы в случае смерти кого-нибудь из членов цеха. Если вдова или дети оставались без средств к существованию, им оказывалась помощь из цеховой кассы. Цех был и своего рода религиозной корпорацией: у пего имелась своя церковь или хотя бы своя часовня пли придел в церкви. Наконец, цех был военной организацией, представляя собой отряд, который цес гарнизонную службу и на войне являлся отдельной боевой единицей.
Мы наблюдаем в средневековом городе необычайно продолжительный стаж ученичества — в Англии, например, в 7 лет. Средневековые ремесла требовали долгого обучения, так как здесь нужна была большая ручная сноровка, но длинный срок ученичества преследовал и другие цели. В последние годы обучения ученик делался достаточно квалифицированным для того, чтобы самостоятельно изготовлять те товары, которые производила мастерская его хозяина, и приносить последнему значительные выгоды. Известны нередкие случаи продажи учеников одним мастером другому, т. е. переуступки мастером своих прав на ученика. Очевидно, эти права представляли известную выгоду, если их продавали и покупали. Все это определенно свидетельствует об эксплоатации учеников мастерами. То же самое можно сказать об отношениях между мастером и подмастерьями. Мастер по своему монопольному положению в цехе принудительно использовал и эксплоатировал труд подмастерьев. Подмастерье мог стать в конце концов мастером, но пока он состоял на службе у мастера, он должен был отдавать ему свой прибавочный труд. Подмастерье, равно как и ученик, подвергался внеэкономическому принуждению со стороны мастера. Мастера создавали цеховые уставы, мастерам принадлежал цеховой суд, где они судили подмастерьев. Длительность рабочего дня у подмастерьев была очень велика, особенно летом, когда они работали от зари до зари. Эта диференциация внутри цеха, первоначально сравнительно слабая, поскольку почти каждый подмастерье мог стать мастером, с течением времени усиливается. Наступает момент, когда подмастерье не может уже стать мастером и превращается в постоянного наемного рабочего. Связь с широким рынком создавала предпосылки для производства в более крупных масштабах. Укрупнение производства вело к тому, что руководящая роль в цехе стала переходить к крупным мастерам. На этой почве начинается усиленное социальное расслоение. Очень часто крупный мастер сдавал работу мелким мастерам, снабжая их сырьем или полуфабрикатами и получая от них готовый продукт. Внутри цехов происходит диференциация; в них отделяется цеховая верхушка и создается эксплоатируемая масса в виде подмастерьев и мелких мастеров, попадающих в зависимость от более крупных мастеров.
Захват власти новой аристократией вызывает отпор со стороны демократических слоев города, к которым принадлежали мелкие мастера и подмастерья. В XIV п XV вв. в большинстве стран Европы происходит замыкание цехов. Цеховые мастера объединяются в замкнутые корпорации, затрудняя всячески доступ в нее подмастерьям. Из демократической организации, из организации мелких мастеров цех превращается в закрытую корпорацию, которая использует старые цеховые монополии, для того чтобы обогащаться за счет эксплоатируемых подмастерьев. Подмастерья превращаются теперь в постоянных платных рабочих. Подмастерья, как правило, уже не могут стать мастерами. При этом работа в мастерской ложится в основном на подмастьерьев. Мастер сохраняет за собой, главным образом, руководство производством. Итак , в ХI-ХV вв. в ремесле начали выделяться подмастерья как постоянные платные рабочие. Конечно, подмастерья еще не выступают как рабочий класс; мы присутствуем лишь при зарождении капиталистических отношений. Мелкие ремесленники (которые все более попадают в зависимость от крупных мастеров и жестоко ими эксплоатируются и отличаются от платных рабочих только тем, что работают у себя на дому), неорганизованные рабочие и поденщики, подмастерья, превратившиеся в постоянных платных рабочих, составили слой, который можно назвать предпролетариатом. Таким образом, мы можем наметить три основных этапа классовой борьбы в средневековом городе: 1) борьба городов против своих сеньеров, 2) борьба цехов против патрициата, 3) борьба предпролетариата против эксплоатирующих его мастеров и купцов.
Со времени крестовых походов европейская торговля сделала большие успехи. В изучаемый нами период имелись два основных района этой торговли. Один из них — Средиземное море — связывал западноевропейские страны с Востоком. С Востока, главным образом, ввозились предметы роскоши и пряности, в частности перец, на которые был большой спрос в Европе. Европейские торговцы со своей стороны, отправляясь на Восток, везли с собой уже не только сырье, но и некоторые предметы европейской индустрии, в частности сукно. В этой торговле главную роль играли венецианцы, генуэзцы, пизанцы, а также купцы южной Франции и Каталонии. Борьба с феодальными сеньерами и условия средневековой торговли заставляли купцов объединяться в особые организации, гильдии, или ганзы. Иногда ганзы отдельных городов объединялись в союзы для охраны своих торговых привилегий. В XIII в. купцы фландрских городов с купечеством Брюгге во главе объединились в ганзу для торговли с Англией. В XIV в. сложилась знаменитая Северонемецкая ганза.
Надо отметить еще одно обстоятельство, крайне осложнявшее средневековую торговлю. Не только каждый император или король чеканил свою монету, но это делал каждый сколько-нибудь крупный город, сеньер, епископ. Благодаря этому возникало большое количество монетных систем. К тому же многие феодалы, имевшие право чеканить монету, выпускали низкопробную монету с целью наживы. Для того чтобы разобраться в этих монетных системах, чтобы отличить низкопробную монету от полноценной, создалась особая профессия менял, занимавшихся разменом монеты и ее оценкой. Всякая сколько-нибудь крупная денежнаясделка могла произойти лишь при их посредстве. Менялы постепенно становятся банкирами. Наряду с операциями по размену они занимались также и операциями по переводу денег. Так как в то время обращалась, главным образом, серебряная и медная монета, то перевозка денег представляла сложное и небезопасное дело. Для того чтобы купец из Италии, отправлявшийся, например, на шампанскую ярмарку, мог произвести закупку товаров, ему надо было везти через Альпы целые тюки с деньгами. В связи с этим создалась особая операция — перевод денег, которым занимались особенно итальянские менялы. Приняв известную сумму денег от купца, отправлявшегося на ярмарку в Шампань, они поручали своему агенту на этой ярмарке выдать купцу соответствующую сумму по предъявлении расписки или квитанции. Такого рода операции по переводу денег сливались с операциями по кредиту. Так стали возникать банки.
В течение XII и XIII вв. те сдвиги, которые мы наблюдаем в социально-экономических отношениях Западной Европы, происходили под влиянием грандиозного движения на Восток, известного под названием крестовых походов. Общим именем крестовых походов обозначают военно-колонизационные предприятия европейских народов на Востоке, падающие на время между 1096 и 1270 гг. Крестовые походы можно рассматривать как часть обширного колонизационного движения, которое охватило с XI в. Западную Европу. Если основание городов и поселений, освоение пустырей и лесных массивов представляли явления внутренней колонизации, то не было недостатка и в колонизационных предприятиях внешнего характера, причем в некоторых из них уже начинали звучать крестоносные лозунги. Но все эти предприятия и завоевания являются лишь второстепенными эпизодами по сравнению с тем огромным движением, которое захватило в конце XI в. самые различные классы европейского общества и бросило их в поисках счастья на мусульманский Восток. В крестовых походах принимали участие самые разнообразные общественные классы, и причины, которые заставляли их двигаться на Восток, были, конечно, существенно различны. Большую роль в этом движении играли, во-первых, феодалы. Мелкое рыцарство, которое шло в эти походы, стремилось к захвату земель и крепостных крестьян. Надо также отметить роль церкви в крестовых походах. Церковь и в частности папство в известном смысле возглавляли крестовые походы и давали им идеологическое направление. Папство в это время укрепляло свой авторитет. Крестовые походы были объявлены благочестивым делом. Папство хотело использовать их для того, чтобы установить свое господство над всем христианским миром. Оно мечтало также об обращении мусульман в христианство и о создании на Востоке новых христианских владений, подвластных папскому престолу. Крестовые походы способствовали и росту доходов церкви. Церковь производила сборы на крестовые походы. Эти сборы иногда представляли добровольные даяния, собиравшиеся представителями церкви, особенно монахами, по всем странам Запада, но зачастую принимали и характер принудительных налогов. Даже когда крестовые походы прекратились, сборы на них не приостановились. Таким путем в руки церкви попадали огромные денежные фонды, употреблявшиеся ею нередко не по прямому назначению, а для других целей.
Развернуть комментарии